Пятница, 24 ноября 2017 г01:56 МСК
USD58.46-0.54
EUR69.18-0.22

Академия Наук блокировала развитие фундаментальной науки

3518
Академики – вяжут веники
Академия Наук сегодня – это большой тормоз для самого существования Руси. Бездельники и жулики, позабегавшие в Академию после еврейского военного переворота 1917 года, наукой не занимаются. Они просто не умеют этого делать...

Академики – вяжут веники

 

Невозможность инноваций в России

Автор – Павел Каравдин

Из закона инерции следует, что одно тело не может самостоятельно изменить своё состояние. В любом изменении есть два участника, один из которых пытается изменить состояние, а второй противодействует изменению. Первого называют новатор, второго – консерватор. Консерватор – это тормоз. Не нужно думать, что тормоз – это плохо. Движение без тормоза ведёт к гибели. В науке тот, кто сделал открытие или думает, что сделал его, выступает в роли новатора, а весь учёный мир выступает консервативной силой.

На Западе Академии наук (Королевские общества) вырастали естественным путём, снизу. Возникали группы из людей, прославившихся открытиями, для обсуждения и критики новых идей, которые могут стать новым знанием и войти в науку.

В России же АН создавалась по приказу Петра Первого, то есть сверху. Пригласили десяток учёных из других стран, соблазнив их высокими окладами и освободив от трудного преподавания. Но, если не преподавать, то чем заниматься? Им поручили делать открытия. И эта обязанность записана в уставе АН до сих пор.

Академикам конкуренты не нужны и они объединились в замкнутую группировку (клан), которая, объявив, что время одиночек прошло, что теперь открытия делаются в академиях и институтах, отрезала новаторов от науки.

На съезде народных депутатов 4 июня 1988 г. выступал академик К.В. Фролов, который сообщил, что, если академик пожелает опубликовать хотя бы маленькую заметку, то он должен получить семь разрешающих подписей. Об этом же писал и В.Л. Гинзбург в журнале «Огонёк» №7 за 1988 г. Можно ли при таких условиях внести в науку открытие (инновацию)? В принципе невозможно. Вот пример.

 

Академия Наук блокировала развитие фундаментальной науки

 

Заявление И.А. Стрельцова о признании РАН нелегитимной структурой

Уважаемые дамы и господа! Уважаемые друзья, уважаемые единомышленники! Вот и наступил тот момент, когда будут произнесены одни из наиболее важнейших слов касательно предстоящего развития науки в России. В этой связи я делаю своё специальное заявление, где публично, открыто и бесспорно говорится о том, что отныне РАН (Российская Академия Наук) становится нелегитимной, недееспособной структурой. Но прежде, чем я приведу текст своего заявления, я сообщу о подтексте принятия мною его.

И начну я с того, что народная мудрость гласит: «история никогда и никого не учит». В справедливости этих слов можно вновь убедиться, прочитав вызвавшую в своё время неподдельный интерес у известной части науки статью челябинского инженера-механика Каравдина Павла Александровича «О научном самиздате», написанной им двадцать лет назад, т.е. фактически к тому моменту, когда в России появилась «Комиссия по борьбе с лженаукой» при РАН.

К сожалению, академическая наука за это время так и не смогла перестроиться, в связи с чем, можно уверено говорить о том, что эта структура «в принципе не способна к самореформированию и к самоочищению». Поэтому сегодня всё актуальней становится требование попросту закрыть эту многочисленную конторку безмозглых оболтусов, ибо какой-либо пользы от дальнейшего существования РАН нет.

А теперь, после краткого вступления, я постранично буду приводить содержание статьи Каравдина П.А., из которой при сравнении можно узнать, какие проблемы мучили научный мир тогда и сейчас (цитата):

О НАУЧНОМ САМИЗДАТЕ

Каравдин П.А. Электронная газета «Наука. Известия», 16.08.1998 г.

О литературном самиздате Советского Союза написано много. Есть даже толстый (более 1000 страниц) сборник «САМИЗДАТ ВЕКА», в котором Анатолий Стреляный пишет: «Советская цензура причастна к одному из чудес ХХ века: изготовление книг пошло вспять. Чтобы сделать книгу доступной многим, её стали возвращать в рукописное состояние...». Но кроме литературного был и научный самиздат.

Как развивается наука? Например, около 2000 лет учёные считали, что вокруг неподвижного Земного Шара вращаются небесные сферы с небесными светилами. Но появился Галилей и стал доказывать, что это заблуждение. Всё наоборот. Учёное большинство поставило Галилея на колени и заставило отречься от своих «заблуждений».

«Идею искусственного спутника Земли дал Ньютон в своей книге «Математические начала натуральной философии». Он же вычислил и первую космическую скорость – 8 км/сек. Но как достичь такой скорости? Анализ, делавшийся многими специалистами, показал, что ни пушка, ни ракета такой скорости достичь не могут. Проблема считалась неразрешимой. Но скромный учитель гимназии Циолковский нашёл решение проблемы.

Это решение было опубликовано уже много лет, но учёные всё ещё не интересовались им. Наконец, профессор МГУ В.П. Ветчинкин познакомился с открытием Циолковского и, поняв его, стал выступать с лекциями об этом. Однажды профессор прочитал в Московском Университете лекцию на фантастическую, как тогда казалось, тему: «Полёт на Луну».

«Ветчинкин заговорил о Циолковском. В университете о нём, разумеется, уже слыхали. Тем не менее, с нескольких мест раздались оскорбительные возгласы: «Эмпирик!.. Провинциал... Недоучка!.. Ускорение обозначает буквой У... Словами записывает скорость... Прямо потешник, а не учёный!.. Ветчинкин невозмутимо ждал. Наконец зал притих. Неловко стало, да и любопытно: Что же профессор скажет?

Ветчинкин написал на доске ряд формул, нарисовал многоступенчатую ракету... Молодой профессор доказывал, сколь остроумна идея Циолковского о звездоплавании посредством многоступенчатой ракеты. Не скрывая своего предубеждения, аудитория насторожилась. А Ветчинкин, вторя математической логике Циолковского, шаг за шагом приближался к основному выводу его учения.

– Таким образом, уважаемые коллеги, – профессор стукнул мелом и жирно отчеркнул строку, – если мы согласимся с непогрешимостью этого многочлена, то, стало быть, увидим, что для достижения Луны последней ступенью ракеты потребуется хоть и большое, но вполне определённое, выражаясь математически, конечное количество топлива.

Публика потеряла равновесие. И немудрено: с незапамятных времён над умами учёных властвовал «постулат» диаметрально противоположный, а именно: для преодоления земного притяжения потребовалось бы бесконечное количество топлива, и, следовательно, идея звездоплавания сама по себе считалась абсурдной.

Нам, свидетелям последних достижений астронавтики, трудно поверить, что ещё недавно, каких-нибудь полсотни лет назад, слова профессора Ветчинкина могли вызвать взрыв негодования среди учёных, части студентов этой цитадели науки…» (из книги И. Шелеста, «Лечу за мечтой», М., 1973, стр. 74-76).

Можно привести ещё множество примеров из истории науки и все они покажут, что открытия делают одинокие мыслители, иногда из формальных учёных (Галилей), но чаще всего не из учёных. Общим для них является противодействие учёного мира всякой новизне. Учёные знают только то, что изучили, пытаясь стать учёными. Новое же всегда открывает кто-то один (очень редко – двое или трое). Чтобы стать учёным, нужно изучить какую-либо отрасль науки и сдать экзамен (защитить диссертацию). На учёного можно выучиться. Открывателем нужно родиться.

 

Академия Наук блокировала развитие фундаментальной науки

 

По образу и подобию политической системы строилась и наша научная система. Учёных свели в «полки и дивизии» (институты и академии). И учёным, как офицерам и генералам, платят за звания. В этой системе всегда прав тот, у кого больше прав. Дискуссии невозможны в принципе. Помнится на ХIХ партийной конференции один из лидеров науки академик А. Логунов заявил, что для улучшения научной работы приказано всем научным журналам проводить дискуссии. Но дискуссий как не было, так и нет.

Ввиду невозможности обсуждения спорных проблем и в науке возник Самиздат. В мае 1965 года вышел первый номер журнала, который назывался «Журнал научно-физического кружка им. М.В. Ломоносова». В редколлегию входили: Бессараб Н.Ф., Бойко А.Н., Боченков И.А., Замятин А.Г., Калина Б.М., Унгер А.Д., Шурупов А.К. (Ответственный редактор). Адрес редакции: г. Первоуральск, ул. Трубников, 22, кв. 12. Позднее Шурупов переехал в г. Могилёв и адрес редакции изменился.

Журнал открывает статья «Наши задачи», в которой указывалось: «Некоторые наши журналы тенденциозно подбирают публикуемый на их страницах материал. Такая тенденциозность направлена против свободных творческих дискуссий, через которые только и может развиваться наука…»

Далее следовала «Программа научно-физического кружка», в которой указывалось, что кружок – «добровольное товарищеское объединение учёных, инженеров, преподавателей и других лиц, самостоятельно занимающихся проблемами физики. Он опирается только на творческую инициативу лиц, борющихся за научный прогресс».

В первом номере журнала 43 листа формата А4, напечатанных на машинке с 2-х сторон, и картонный переплёт. Журнал выходил по 1973 год. Всего вышло 13 номеров каждого тиражом около 30 экземпляров. В 1973 году редактора журнала Анатолия Шурупова пригласили в Могилёвский обком партии и предложили «прекратить».

Из первого номера можно узнать, что инициаторами создания кружка были Г.Д. Ломакин, С.Д. Дмитриев и А.Н. Бойко. По переписке обсуждалось несколько предложений названия кружка. Большинство высказалось за название, обозначенное на обложке журнала (с.82).

В статье С. Дмитриева «О содружеских коллективах» обозначены несколько задач, интересовавших членов кружка.

1. Природа света. Было две гипотезы света – волновая и корпускулярная, противоречащих друг другу. Современные же физики, «чувствуя неудобство иметь две гипотезы, по-разному объясняющие одни и те же явления, не нашли ничего лучшего, как объединить их в одну – корпускулярно-волновую теорию света и пытаются склеить её диалектическим единством. Но здесь нет и не может быть никакого единства, т.к. речь идёт не о свойствах, а о природе явления. Свет, как и любое другое явление, имеет одну, а не две природы: он или корпускула или волна, или что-либо другое, но не то и другое одновременно. Дуализм не решает проблему света, а только запутывает её».

2. Энергия и законы её превращения. В этом кардинальном вопросе физики много неясного, запутанного и даже сверхъестественного. Проблема энергии ещё не решена, а только поставлена, но в научной литературе и в учебниках трактуется как окончательно решённая. Среди физиков и философов широко распространено представление, что якобы энергия может превращаться в материю, а материя в энергию.

3. Теория относительности. По поводу этой теории учёные ведут горячий спор со дня её появления на свет. Одни утверждают, не приводя доказательств, что эта теория является великим достижением современной науки. Другие считают, что эта теория ошибочна.

4. Вопросы микрофизики, в которой много запутанных и нерешённых проблем, она засорена многими вымыслами и фактически находится в тупике».

Власти долго присматривались к научно-физическому кружку. Казалось бы, люди занимаются чисто научными проблемами, может быть разгадают какие-то тайны природы к пользе всего человечества. Но всё-таки запретили. Почему?

На съезде народных депутатов 4 июня 1989 г. выступал академик К.В. Фролов, который похвалился железным порядком, существующим в АН СССР. Он сообщил, что даже академик, чтобы опубликовать хотя бы маленькую статью, должен получить семь разрешающих подписей. А тут доктора и кандидаты наук, и просто инженеры без всякого разрешения обсуждают проблемы, которые не должны их волновать. Лучше запретить во избежание неприятностей.

Учёные-антропологи утверждают, что за последние 50 тысяч лет мозг человека практически не изменился. Но почему же тогда бурное развитие науки происходит только в последние 400-300 лет? Маргарет Тэчер абсолютно права, заявив: «Именно беспрепятственный поток идей и обмен ими обеспечивали развитие цивилизации на протяжении веков. Лишь там, где идеи высказываются и обсуждаются свободно, выявляется их истинная ценность...». («ЛГ», № 17, 1989 г.).

 

Академия Наук блокировала развитие фундаментальной науки

 

Прогресс начался с изобретением книгопечатания, которое сделало возможным широкий обмен идеями во времени и пространстве. Всякая новация должна найти своего продолжателя. Так идея Коперника, опубликованная в книге, «блуждала» по Европе десятки лет, пока не встретила Галилея. Позднее в Англии их идеи нашли Ньютона. Мы знаем, какая жестокая борьба шла между новаторами и консерваторами. Но Коперник мог спокойно умереть, а Галилей – отречься от своих «заблуждений», зная, что опубликованные идеи не умрут.

Мы знаем, как по-дилетантски с помощью костра и темницы пыталась элита сохранить свои позиции, но оказалась бессильной. То, что не удалось инквизиции, удалось нашей АН. Выросла научная система, не допускающая никакого инакомыслия. Ничего нового, ничего спорного. По существу в нашей стране нет научной печати. Есть институты со своими изданиями, которые контролирует элита. Так как мысли контролировать невозможно, под контроль были взяты все способы обмена мыслями.

Но как быть с открытиями? Их, как правило, делают не учёные, а любители-самоучки (монах Мендель, учитель Георг Ом и др.). Таких в печать не пропускать, а пусть учёные делают открытия коллективно. Сказано – сделано.

Из диалектики следует необходимость для развития науки взаимодействия противоположных точек зрения (дискуссий). Мы же, признавая на словах марксистскую диалектику, на деле от неё отреклись. Это привело нашу науку к глубокому кризису. В статье «Какой быть науке?», бывший тогда президентом АН СССР, академик Г. Марчук писал: «Широкой общественностью, руководством страны должно быть осознанно: наше положение в науке находится в разительном контрасте не только с развитыми, но и с развивающимися странами…» (газета «Поиск», № 12, 1989).

Разве не означает это, что наша наука находится на уровне слаборазвитых стран? И это при количестве учёных, равном четверти учёных всего мира.

Во всём мире приоритет открытия определяется по дате первой публикации. Кто первый известил об открытии, тот и считается открывателем. Ввиду невозможности публикаций об открытиях, в СССР с 1956 года была введена регистрация открытий. За 25 первых лет было зарегистрировано аж 250 (двести пятьдесят), бог весть каких, открытий. Учёных же в лучшие годы насчитывалось полтора миллиона. Вот и судите, занимаются ли учёные открытием новых истин?

 Сейчас трудно сказать, есть ли открытия в журнале, который редактировал А. Шурупов. Любое открытие должно найти своего Галилея, который первым поймёт и оценит то новое, что нашёл какой-либо его предшественник. В 13 номерах сотни полторы различных статей, которые ещё ждут своих исследователей. Но задачи, поставленные в первом номере, не потеряли своей актуальности. И стоят они в порядке важности. Пока не будет решена проблема света, не будут решены и другие проблемы.

Между тем, сейчас большинство исследователей борются против частной проблемы, которой является «Теория Относительности». Во время перестройки, когда появилась возможность публикации за свой счёт, было выпущено несколько книг против теории относительности. Например, профессор Ленинградского политехнического института А. Денисов выпустил книгу «Мифы теории относительности». Его хотели лишить учёных званий и выгнать с работы. Спасло его только избрание народным депутатом.

Оказывается, было некогда секретное постановление Президиума АН СССР, запрещавшее критику теории относительности. Но всякая истинная теория нуждается в критике. Критика позволяет ей укрепляться. Вспомните хотя бы теорию Коперника. Книга Коперника попала в число запрещённых. Запрет критики какой-либо теории служит косвенным доказательством её ложности.

А. Шурупов заведовал кафедрой в каком-то Могилёвском институте и был лишён этой кафедры после запрета его журнала. Один из инициаторов научного самиздата Г. Ломакин заведовал кафедрой физики в Челябинском институте механизации и электрификации сельского хозяйства. За свою антирелятивистскую деятельность он был досрочно отправлен на пенсию. В науке проблемы не должны решаться большинством голосов, но пока продолжают решаться. О судьбе других участников этого необычного кружка мне неизвестно, но может быть после этой публикации придут отклики, из которых мы узнаем ещё много интересного.

Каравдин П.А.

Итак, двадцать лет назад было ясно и чётко сказано всему учёному миру: Пока не будет решена проблема света, не будут решены и другие проблемы. (Стрельцов И.А.) Здесь я, Каравдин П.А., прерву текст Стрельцова И.А. и добавлю замечания. Есть разные мнения о природе света.

Астрофизик Поль Девис верит в дуализм волна-частица: «Наше воображение бессильно представить нечто такое, что может быть одновременно волной и частицей, но само по себе существование дуализма волна-частица (так называемого корпускулярно-волнового дуализма) не вызывает сомнения…» (Поль Девис «Суперсила» М.1982, с.30).

Физик С. Самойлов: «В глубине души каждый физик был или «корпускулярщик», или «волновик». Но на людях только «дуалист», человек, имеющий сразу две веры, ибо дуализм как нельзя более соответствовал единственно верному» диалектическому учению. В то же время «корпускулярщики», как считалось, грешили механицизмом, а «волновики» – идеализмом…» Журнал «Знание-сила» (№6-1993) «Волнения вокруг электрона»

Проф. А. Тяпкин: «…мы должны верить, что удастся наконец препарировать «кентавра»» из волны и частицы. Надо непременно продолжать исследовать самые невероятные гипотезы о связи двух начал существования микрообъектов и постоянно помнить, что проблема дуализма не может быть исчерпана словообразованиями типа «волница» и «частолны…» Журнал «Техника – молодёжи» №1, 1983 г. «Возвращение к дискуссии»

 

Академия Наук блокировала развитие фундаментальной науки

 

Сначала была физика Аристотеля, которая считала, что вокруг неподвижного Земного шара вращается небесная сфера со светилами, а пространство внутри сферы заполнено непрерывной материальной средой (эфиром), тормозящей движение. В этой физике невозможно движение по инерции, но возможны волны эфира и возникла волновая теория света.

После выхода в 1687 г. книги Ньютона «Математические начала натуральной философии» родилась классическая физика, в которой пустое пространство позволяет движение по инерции и невозможна волновая теория света, но возможна корпускулярная теория света.

А в 1818 году Парижская АН соединила эти две несовместимые физики через волновую теорию света. Думаю, академики понимали, что обычная логика не допускает этого, но им помог известный тогда философ Гегель, который придумал новую «высшую» логику, которая якобы позволяет совмещать несовместимое. Эту логику сейчас называют диалектической. Но по законам обычной логики из двух противоположных логик верной может быть только одна, т.е. обычная (формальная) логика. С этого времени началась современная теоретическая физика, больная двойственностью света.

С волновой теорией света в физику вернулся эфир. В это же время Фарадей создавал электротехнику экспериментально. Но Максвелл создал теорию на основе волн эфира. Потом Герц открыл, как считается, радиоволны. Появилось радио, телевидение и т.д. и т.п. Можно ли сомневаться в теории Максвелла? Потом Майкельсон пытался измерить скорость Земли относительно эфира. Природа ответила, что такой скорости нет. То есть или Земля неподвижна, или эфира нет.

Но физики не поняли природу и изобрели «теорию относительности». Её создатель однажды заявил, что эфир природе не нужен. Но если бы Майкельсон знал, что эфира нет, он не стал бы делать свой эксперимент, и не родилась бы «теория относительности». Потом Планк, изучая излучение света, перешёл к дискретности излучения (вернувшись к Ньютону), не поняв, что излучается дискретная материя, а не кванты энергии. Но если эфира нет, то не может быть и радиоволн. Чтобы передать информацию с далёких окраин Солнечной системы, аппарат должен прицелиться на Землю и выпустить очередь из «пуль-радиокорпускул».

В 1924 году Луи де Бройль в диссертации провозгласил, что каждая частица – это волна, а каждая волна – это частица. Иначе говоря, он «открыл» двойственность, хотя современная двойственная физика фактически началась в 1818 году, объединением несовместимых физик.

 

Академия Наук блокировала развитие фундаментальной науки

РАН захватили не просто полуграмотные саботажники, а настоящие враги…

 

Если признать, что современная теоретическая физика опирается на логическую ошибку двойственности, то придётся отказаться от множества популярных ныне теорий: Большого взрыва, теории относительности и даже квантовой механики, которые выросли на базе неправильного объяснения экспериментов Юнга и Френеля. Физика станет простой, понятной и не будет травмировать детскую психику, доводя порой до суицида.

Складывается впечатление, что власти (и Государственная Дума), под видом борьбы с экстремизмом, борется с критиками современной физики. ЖНФК был закрыт. Газеты, в которых Ю. Мухин допускал критику науки, закрыли, а Мухину дали судимость. Сайт «Известия науки», на котором Стрельцов когда-то нашёл мою статью про научный самиздат, закрылся. Я публикую научную критику на сайте «Проза.ру», но и он на ладан дышит. Вход на него блокируется.

Мы называем свой вид «человеком разумным», надеясь решать свои проблемы, в отличие от мира животных, с помощью разума, а не силы. В животном мире идёт непрерывное соревнование: кто сильнее, кто быстрее, кто ловчее и т.п. А мы не допускаем дискуссии, чтобы выяснить, кто умнее.

Павел Каравдин

 

 

Семейный подряд: академики протаскивают в РАН своих детей

 

 

Кумовство в РАН мешает восстановлению интеллектуальной элиты

 

 

Более подробную и разнообразную информацию о событиях, происходящих в России, на Украине и в других странах нашей прекрасной планеты, можно получить на Интернет-Конференциях, постоянно проводящихся на сайте «Ключи познания». Все Конференции – открытые и совершенно безплатные. Приглашаем всех просыпающихся и интересующихся…

 

Новость дня

1569
Регистрация гравитационных волн от слияния нейтронных звезд является примером multimessenger astronomy - новой науки, которая предполагает использование разных каналов получения информации, считает президент РАН Александр Сергеев. Об этом он сказал...