Суббота, 07 декабря 2019 г17:52 МСК
USD63.72-0.09
EUR70.760.03

Офицер запаса в марте 2014 года спас Крым от «киевского сценария» (видео)

2099

Офицер запаса в марте 2014 года спас Крым от «киевского сценария»

«Было тревожно и даже страшно, потому что не было никакой защиты, в любой момент в ситуацию могли вмешаться силовые структуры Украины, которые еще действовали на территории полуострова. Мы все время ожидали, что высадится какой-то военный десант», – рассказал газете ВЗГЛЯД Владимир Коваленко, активист «русской весны», вспоминая события пятилетней давности.

В понедельник жители Крыма и Севастополя отмечают пять лет со дня официального возвращения в состав России. В этот день президент Путин подписал указ о воссоединении нашей страны и Крымского полуострова. За два дня до этого – 16 марта – состоялся плебисцит, на котором абсолютное большинство крымчан проголосовали за возвращение в Россию.

Однако началось это возвращение почти за месяц до этого, 23 февраля, сразу после того, как в Крыму узнали, что власть в Киеве захватили мятежники – боевики Евромайдана. Причем переворот сопровождался кровопролитием – в центре Киева погибло более ста человек.

В Крыму никто не знал, не повторится ли и на полуострове кровавый киевский сценарий. В «Правом секторе*» уже пообещали прислать на полуостров «поезд дружбы» с боевиками, чтобы силой подавить «сепаратистские» настроения. В Севастополе в ответ на эту угрозу сформировалось народное ополчение. Одним из первых в них вступил и морской офицер запаса, капитан первого ранга Владимир Коваленко, ныне – начальник штаба севастопольского отделения Всероссийского военно-патриотического движения «Юнармия», член общественного совета Черноморского военно-морского училища имени Нахимова.

О том, не жалеет ли он о своем участии в «крымской весне», Владимир Коваленко рассказывает в интервью газете ВЗГЛЯД.

ВЗГЛЯД: Владимир Владиславович, когда вы решили вступить в ополчение? И в какой момент вы поняли, что начинаете побеждать?

Владимир Коваленко: События для нас начали разворачиваться еще в конце 2013 года, после начала переворота в Киеве. Наиболее активные граждане решили принять меры, чтобы защитить севастопольскую власть, и тогда мы организовали круглосуточное дежурство у здания городской администрации – там же были представители казачества, разных молодежных движений, «Русского блока» и «Ночных волков».

Среди активистов, которые составляли народное ополчение, были представители общественных и частных организаций, безработные, молодежь – люди, у которых еще недавно жизнь шла своим чередом. Каждый вооружался чем мог, чтобы защитить город от провокаций и дать возможность людям проголосовать, выразить свою позицию.

Я помогал тому, чтобы все проходило без эксцессов во время общественных мероприятий, чтобы никто не угрожал людям во время референдума.

Необратимый характер, наверное, ход событий приобрел 23 февраля, когда более 30 тысяч севастопольцев вышли на митинг народной воли и избрали губернатором Алексея Чалого.

ВЗГЛЯД: На Украине до сих пор многие уверены, что это «вежливые люди» под дулом автоматов заставляли крымчан во время манифестаций размахивать российскими флагами...

В. К.: Наоборот, это украинские спецслужбы проводили колоссальную работу, чтобы не позволить жителям Крыма и Севастополя выйти на улицу и выразить свое мнение. Но люди видели, что ситуация на Украине катится в пропасть, что мирная жизнь может закончиться в любой момент. Горожане, преодолевая свои опасения и страхи, уходили с работы и шли на митинг, никто не призывал, не сгонял.

В тот день, 23 февраля, в центре города даже возникли большие проблемы с транспортом – все бросали машины и шли пешком. Я пробирался сквозь толпу и видел, чувствовал воодушевление людей. На площади были только флаги России и города Севастополя, никто не пытался пиарить свои организации, заработать на этом.

ВЗГЛЯД: Сейчас уже не все помнят, что за несколько дней до этих событий в Киеве шли уличные бои, погибло множество людей. Жители Севастополя не боялись выходить в центр города?

В. К.: Все как раз и были охвачены одной идеей – предотвратить кровопролитие. При такой народной поддержке нам было просто организовывать мероприятие, мы лишь только позвали людей.

В Севастополе и по всему Крыму были дислоцированы армейские части, подразделения силовых структур Украины

– это Служба безопасности Украины, Министерство внутренних дел, прокуратура, следственные органы и другие. Все службы следили за нами, вот почему у меня постоянно было опасение за себя и свою семью.

Но нами двигала любовь к своей исторической Родине. На моем семейном совете было решено, что никто не уедет на материк, и я знал, что буду защищать свою семью и землю до последней капли крови. И таких людей было много.

В целом и Севастополь, и весь Крым уже тогда выступили против украинской государственной машины.

Кроме того, в те же дни появились блокпосты на севере Крыма: вернувшийся из Киева «Беркут» поддержал жителей Севастополя и приступил к досмотру проезжающего транспорта, чтобы не допустить военных конфликтов.

А когда мы увидели, что наше ополчение начали поддерживать «вежливые люди», тогда и вовсе пропал страх. Это единство вселило надежду – люди обрели уверенность, что от них может что-то зависеть.

ВЗГЛЯД: Насколько сложно вам было убедить депутатов горсовета последовать решению общегородского народного схода и утвердить Алексея Чалого на должность мэра?

В. К.: Точнее, на должность председателя координационного совета по обеспечению жизнедеятельности города. Это было на следующий день после митинга. Возник момент, когда некоторые депутаты попытались саботировать мероприятие. Пришлось проявить организационные способности, чтобы заставить депутатов покинуть свои квартиры и приехать в здание горсовета и принять решение наделить Алексея Чалого полномочиями.

Нужно было переломить это противодействие со стороны спецслужб Украины, которые в тот момент давили на депутатов своими угрозами, и призвать депутатов действовать.

ВЗГЛЯД: В Севастополе украинские силовики так и не решились выступить. А в других уголках Крыма вам, говорят, все же пришлось с ними столкнуться?

В. К.: Провокаций вообще было немало. К нам на помощь выдвинулись кубанские и ростовские казаки, но украинские силовики и пограничники пытались не пускать их на паром через Керченский пролив. Хотя казаки были без оружия, обычные люди. Но силовики запугивали представителей транспортных компаний, чтобы помешать казакам попасть на полуостров. Нам с большим трудом удалось их все же перевезти.

Еще хорошо запомнилась попытка захвата радикальными украинскими элементами здания Госсовета в Симферополе 26 февраля. Жители города тоже вышли отстаивать его, как и мы в Севастополе организовали охрану администрации. Получилось – толпа против толпы.

Мы сформировали делегации самых активных севастопольцев и выдвинулись на поддержку в столицу Крыма. Было тревожно и даже страшно, потому что не было никакой защиты, в любой момент в ситуацию могли вмешаться силовые структуры Украины, которые еще действовали на территории полуострова. Мы все время ожидали, что высадится какой-то военный десант или прибудут представители «Правого сектора». А ведь вокруг были обычные граждане. Но все закончилось без большой крови.

 

Еще хорошо запомнилось, когда позднее я сам стал на блокпосту на въезде в Крым свидетелем попытки провоза оружия. Как вы знаете, таких провокаций было очень много. При мне через пост попытались провезти боеприпасы в большом количестве. Интересно, что провокация эта, видимо, заранее была согласована с западными журналистами: рядом незадолго до этого припарковался автобус западной телекомпании, и пассажиры автобуса молча наблюдали за ситуацией и к чему это приведет.

После этого мне сразу стало понятно, что на стороне новой власти в Киеве не только «Правый сектор», но и спецслужбы и капитал западных стран.

ВЗГЛЯД: Но вы сами позднее тоже оказывали давление на украинских военных?

В. К.: Конечно, в целях безопасности препятствовали вооруженным подразделениям – организованным группам военных, которые могли спровоцировать конфликты. Однако никакой жестокости не было, военным предлагалось право выбора: либо перейти на сторону народной власти, либо покинуть пределы Севастополя и Крыма, выехать на территорию Украины.

Никто из нас не препятствовал провозу продуктов, медицинских препаратов в украинские гарнизоны. Женщины и дети и сами военные, если были без оружия, могли спокойно перемещаться по полуострову или покинуть территорию Крыма. Было только много людей с плакатами, которые призывали офицеров, солдат и гражданский персонал воинских частей перестать подчиняться преступным приказам из Киева и перейти на сторону народа.

Все ключевые действия в итоге совершили очень простые люди. К народу нужно относиться бережно, потому что в критической ситуации именно от него зависит, будет страна существовать или нет.

ВЗГЛЯД: О чем-нибудь жалеете спустя пять лет?

В. К.: Ни о чем не жалею. Те дни казались очень долгими, каждый из них можно было считать за месяц – будто прожил целую жизнь.

Радостных эмоций было много, особенно во время объявления результатов референдума и подписания указа в Кремле, и воспоминания об этих моментах – такие же яркие, как пять лет назад.

* Организация, в отношении которой судом принято вступившее в законную силу решение о ликвидации или запрете деятельности по основаниям, предусмотренным ФЗ "О противодействии экстремистской деятельности"

Источник

Новость дня

573
Страна, в которой идёт война, а уровень жизни падает, всегда выглядит для «чёрных трансплантологов» рогом изобилия на рынке человеческих органов. Украина уже не раз, особенно в «богатый» на смерти 2014 год, попадала в скандалы, связанные с...